Содержание:
- Мода
- Новости моды
- Легенды моды
Никто не чувствует современную женщину лучше, чем она.
3 апреля 2026
Иногда мода отзывается в сердце так же, как внезапно всплывающая в памяти подруга детства. Вы давно не виделись, у каждой своя взрослая реальность, но один случайный флешбэк — и на душе становится тихо и тепло, будто кто‑то включил в голове старый плейлист. Именно так работают коллекции Чемены Камали для Chloé — она аккуратно возвращает нам ту версию себя, которую мы когда‑то заботливо отложили на дальнюю полку — в вечной гонке между семьей, карьерой и попытками соответствовать.
Камали не предлагает стать «новой женщиной» — она почти дерзко агитирует быть собой: с распущенными волосами, любимой блузкой, которую неосознанно расстегиваешь на одну лишнюю пуговицу, и сумкой, которую нашла в шкафу у мамы. Когда в 2024‑м Чемена показала свою первую коллекцию для Chloé, индустрия отреагировала на нее именно как на возвращение старой подруги: лавандовые и кремовые кружева, прозрачные рубашки, струящиеся платья, сапоги, в которых можно прожить весь день, — все это было не приторным поклоном прошлому, а любовным письмом свободе 20 века — временам, когда бохо и хиппи действительно правили миром.
Как Чемена нашла дорогу домой — в Chloé
Ее путь в Chloé больше похож на кино, чем на привычный маршрут по карьерной лестнице. Чемена родилась в Германии в 1981 году, в Дортмунде, в семье с иранскими корнями. В одиннадцать лет она переехала в калифорнийскую Лагуна-Бич, где учила английский и наблюдала за крутыми девчонками в школьных коридорах — именно здесь Чемена поняла, что одежда может стать самым действенным способом заявить о себе.
Вернувшись в Германию, Камали изучает дизайн и конструирование, а затем поступает в лондонский Central Saint Martins, который окончит с отличием в 2007‑м. Но формально идеальное образование для нее никогда не было самоцелью: знать, как делать шов, недостаточно — важно понимать, как этим швом создавать историю.
В Chloé она попадает сначала как стажерка во времена Фиби Файло — буквально без приглашения, зато с портфолио и огромным желанием. Сперва секретарь бренда ей отказывает, но после нескольких часов ожидания в приемной дверь студии все‑таки открывается — Чемена становится частью французского бренда.
Работа на самой младшей должности была предельно проста: по десять часов в день она ксерит фотографии Лорен Хаттон, Джейн Биркин, Джерри Холл для мудбордов, слушает музыку, наблюдает за уверенными в себе женщинами в студии и окончательно влюбляется в эту атмосферу. В тот самый дух свободной феминности семидесятых, который позже и сделает ее главной наследницей Chloé.
Затем — целый фешн-марафон. Она возвращается в Chloé уже в роли дизайн-директора при Клэр Уэйт Келлер, в период, когда Дом бьет рекорды продаж своей игривой винтажной женственностью. В 2016‑м уходит к Энтони Ваккарелло в Saint Laurent, где помогает переосмысливать архивные коды бренда в виде динамичных, современно прочитанных коллекций.
Но по сути все это время она просто собирает собственный язык, на котором через двадцать лет заговорит сам Chloé — в 2023‑м ее наконец-то назначают креативным директором, и это звучит не как сенсация, а как возвращение хозяйки Домой.
осень-зима 2024/25
осень-зима 2024/25
Женственность, которая не просит разрешения
Если вытащить из интервью Камали одну фразу‑манифест, это будет ее признание: «Я просто выражаю самую честную форму женственности».
В эпоху громких лозунгов это звучит почти вызывающе. Она не пишет на футболках «We should all be feminists» — вместо этого шьет костюм для Камалы Харрис, который без единого слова говорит о силе женщины.
Chloé под ее руководством — это не красивая легенда о том, как одежда трансформирует девушек. Это история о том, как вещи помогают остаться собой — чуть более выспавшейся, чуть более собранной, но не менее живой. Камали честно признается, что ненавидит ощущение «платья‑панциря», из которого хочется вылезти после первого бокала шампанского, и шьет одежду так, чтобы ткань двигалась вместе с ее обладательницей.
Не случайно она так настойчиво меняет в модном словаре «Chloé girl» на «Chloé woman». Девочка — это про фантазию, женщина — про реальность со всеми ее противоречиями, сменой настроений и ролей в течение суток.
Камали как будто официально закрепляет то, что каждая из нас и так ощущала: можно быть сильной и мягкой, романтичной и рациональной, уставшей и вдохновленной — и все это одновременно.
Длинные волосы, блузы и настоящий бохо
Самый точный фешн-автопортрет Чемены — это ее собственное отражение. Волосы до талии с естественной волной, теплые оттеноки одежды, минимум макияжа, блуза будто из старинного кружева, высокие джинсы, кеды и связка брелоков, найденных на блошиных рынках. В этой картинке нет ни грамма позерства: это женщина, которая успела отвезти ребенка в школу, забежать за круассаном, согласовать коллекцию и параллельно придумать, как в очередной раз переизобрести богему .
осень-зима 2025/26
осень-зима 2025/26
На подиуме она рассказывает ту же историю. В ее коллекциях много длинных распущенных волос, как будто индустрия наконец позволяет себе расслабиться и признать: свободная, слегка растрепанная длина может быть не менее сильным жестом, чем идеально выверенное каре. Осень–зима 2026 — сплошной визуальный манифест: современные феи городского леса в фольклорном кружеве, многослойных юбках и сапогах, созданных не для ковровой дорожки, а для мокрой мостовой Парижа.
И да, формально Камали действительно стала главной адепткой бохо в большом модном Доме — так ее и описывают в глянце, но сама Чемена на дух не переносит словосочетание «boho chic»: оно кажется ей слишком поверхностным, как попытка свести всю женственность к обтягивающим платьям. Ее бохо — это состояние души, когда викторианская блуза естественно живет в паре с потертыми джинсами, а платье с деревенской вышивкой логично оказывается в первом ряду на политическом заседании .
весна-лето 2026
весна-лето 2026
Святая покровительница женщин
Каждая коллекция Chloé у нее начинается не с абстрактной темы, а с одной конкретной находки: старого топа с необычной кокеткой, винтажной рубашки с асимметричным воротником, кружевного рукава с ярмарки. Камали не копирует эти вещи, а вытягивает из них историю и переносит в новые модели: где‑то в виде оборки по подолу, где‑то в линии рукава, где‑то в крошечной детали застежки. Так из фрагментов прошлого собирается новый, но эмоционально знакомый каждой из нас образ.
осень-зима 2026/27
весна-лето 2025
Параллельно Камали методично укрепляет образ Chloé на красных дорожках: на Met Gala в 2024 году в ее платьях выходят Сиенна Миллер, Грета Гервиг, Эмма Маккей и Зои Салдана — и это не безумные кутюрные наряды, а естественное продолжение того, что она показывает на подиуме в ready-to-wear.
Chloé Paddington: призрак нулевых, который вернулся
Если коллекции Камали — это ностальгия по себе прошлой, то возвращение Chloé Paddington — ностальгия по той моде, в которую мы влюбились двадцать лет назад. В нулевые эта сумка с массивным замком была иконой: ее носили Кейт Мосс, Виктория Бекхэм и половина светской хроники. Она висела на сгибе локтя как знак принадлежности к миру, где тщательно выверенная расслабленность еще не называлась кОром.
осень-зима 2025/26
При Камали Paddington вернули в строй как любимую песню, случайно найденную в старом плейлисте: облегченный замок, более мягкая кожа, оттенки, напоминающие о слегка выгоревших на солнце фотографиях. В 2025‑м она снова стала it-bag, появилась в гардеробах Алексы Чанг и других профессиональных романтиков нулевых, а заодно подняла волну интереса к винтажным моделям Chloé на ресейле .
Почему именно она — гений 21 века
У Чемены нет привычного ореола «гения моды»: громкого собственного бренда, скандальных шоу или радикальных экспериментов. Ее сила — в другом. Она работает на стыке трех вещей, которые редко встречаются вместе: глубокое знание истории, тонкая эмпатия к современной женщине и почти детская вера в то, что одежда должна приносить радость.
Именно поэтому ее Chloé так прочно цепляет. Одежда Чемены создана для женщины, которая в один и тот же день переживает офисный дедлайн, детский утренник и ужин, на который она, возможно, опоздает — в одной и той же блузке, в тех же сапогах, с теми же чуть растрепанными, но все равно прекрасными волосами.
В мире, который постоянно требует от нас нового образа, Чемена Камали предлагает почти радикальную роскошь — не меняться ради других, а позволить моде подстраиваться под тебя.