Почему нам так нравится мода 90-х

Как эта декада уже более тридцати лет остается самой любимой у нескольких поколений.

Кажется, ни одну эпоху в 2020‑х так настойчиво не «воскрешают», как 90‑е: мы играем в нее каждый сезон — от мировых подиумов и хроник стритстайла до сохраненных картинок на Pinterest в духе «Идеальная капсула Кэрри Брэдшоу». Зумеры, которые в те годы еще даже не родились, странным образом чувствуют эту эру как свою: для них 90‑е не про ностальгию по детству, а про идею мира до тотальной цифровизации — с менее отредактированными лицами и более живыми героями. Иногда действительно кажется, что для тех, кто родился после двухтысячных, это десятилетие значит больше, чем для людей, проживших его в прямом эфире: они не любят вспоминать кризисы и новостные ленты, зато могут до мельчайших деталей реконструировать роскошный образ Кейт Мосс на бэкстейдже Chanel 1999 года.

Почему 90‑е нас не отпускают

1990‑е стали модным референсом, который будет актуален всегда: дизайнеры Calvin Klein и Chloé по‑прежнему возвращаются к этому десятилетию как к базе, из которой можно собрать любой образ — от гранжа до элегантного минимализма. Это был редкий период синхронизации: культура устала от показной роскоши 80‑х, мода сбросила с себя все привычные установки о женском самоопределении, а на подиумах появилось то самое ощущение правдивости и неподдельности. Гранж с его нарочито небрежным стайлингом снимал с одежды обязанность быть безупречной — роскошь вдруг стала выглядеть совсем иначе: человечной и для каждого своей.

Сегодня зумерам эта расслабленность нужна еще больше, чем когда‑то миллениалам: их подростковый возраст прошел в TikTok, поэтому 90‑е с их «неидеальными» героями кажутся честной альтернативой миру, где каждый блогер в 8 утра уже выглядит как топ-модель. В конце 20 века никто не засыпал и не просыпался с телефоном в руке  — максимум, что можно было сделать, это записать MTV на кассету и перематывать момент с любимым образом Бритни или Гвен Стефани .

Эпоха, в которой молодость была эстетикой

90‑е канонизировали молодость как состояние, а не как «идеальный возраст»: гранж вырос из гаражных групп Сиэтла и грязных Converse, а it-girls были прямыми антиподами глянцевых супермоделей 80‑х: прямые волосы, тонкие тела, естественный макияж и немного уставшее лицо — все это создавало новую реальность, в которой выглядеть «как есть» было не преступлением, а эстетическим манифестом. Сегодня, когда молодость превратилась в проект с дедлайнами — ботокс до 25 лет, SPF чуть ли не с рождения, «работа над собой» по расписанию, — 90‑е притягивают именно своей неотредактированной хрупкостью.

Зумеры считывают в этих картинках то, чего им явно не хватает: возможность быть в центре внимания, но не быть постоянно поглощенным мыслями об упущении чего-то большего. Образы 90‑х — от школьной юбки Бритни до идеально сочетающихся аутфитов Вайноны Райдер и Джонни Деппа — выглядели не как идеальная картинка или попытка попасть в тренд, а как честность и искренность, которую новое поколение пытается вернуть себе через одежду .

90‑е как утопия «простых тревог»

С позиции 2026 года 90‑е кажутся временем почти наивных проблем: страх перед Y2K, шок от смелых коллекций Марка Джейкобса, первые глобальные модные скандалы. Сегодняшняя повестка — от климатической тревоги до политических новостей, от которых невозможно абстрагироваться, — делает то десятилетие уютным мифом: мир, где самая большая драма — это продырявленные джинсы и слишком длинная школьная юбка. Вещи 90‑х работают как эмоциональный портал: надев фланелевую рубашку поверх майки, обтягивающее платье с грубыми ботинками или чокер с футболкой-мерчем Oasis, ты на пару часов будто телепортируешься туда, где эстетика бунта была простой и понятной.

Именно поэтому гранж и минимализм из 90‑х так часто возвращаются в коллекциях — от Saint Laurent эпохи Эди Слимана до современных заигрываний Рафа Симонса, которые из года в год перепридумывают те же платья, растянутые свитеры и другие «небрежные» силуэты. К одежде, которая будто не старается выглядеть дизайнерской, мы возвращаемся каждый раз, когда устаем от необходимости быть идеальными 24/7, — и зумеры тут действительно выглядят уставшими профессионалами.

90‑е — гардероб для всех?

Еще одна причина обсессии — универсальность 90‑х: это десятилетие дало сразу несколько завершенных языков стиля, которые до сих пор легко считываются. Гранж, рейв, R’n’B, продуманный минимализм, готика — все эти эстетики существовали одновременно, каждая со своей изюминкой, и ни одна не претендовала на роль единственно верного модного канона. Отсюда ощущение конструктора: достаточно достать из шкафа пару вещей — фланелевую рубашку, короткий топ, широкие джинсы — и ты уже будто герой из фильма «Детки» или клипа TLC; а если выбрать прямую миди юбку, приталенную блузу и лаконичные босоножки — то перед нами автоматически появляется девушка из ромкома вроде «Нотинг Хилл».

Для зумеров, выросших в мире бесконечного скроллинга, такая четкая кодировка — подарок: девяностые дают им готовые архетипы, с помощью которых легко собирать и разбирать собственную идентичность, не тратя годы на ее придумывание с нуля. Они играют в эти модные игры куда свободнее, чем миллениалы: сегодня ты условная Рэйчел Грин, завтра — британская инди‑герл с афиш концерта Blur, послезавтра — элегантная Кристи Тарлингтон в стритстайл‑хронике вечернего Нью‑Йорка.

Как одеться в духе 90‑х: формулы главных it‑girls

Если абстрактная любовь к 90‑м уже есть, дальше встает практичный вопрос: как носить эту эпоху так, чтобы это не выглядело как костюмная вечеринка. Три лучших опорных точки — Кейт Мосс, Гвинет Пэлтроу и Дженнифер Энистон: три разных темперамента, одна эстетика десятилетия.

Гвинет Пэлтроу, Кейт Мосс, Лив Тайлер

Кейт Мосс: гранж‑минимализм

Главная формула Кейт — минималистичная база плюс один случайный (но на самом деле идеально выверенный) акцент.

• Платье по фигуре, сверху — мужской кожаный жакет или оверсайз‑пиджак, на ногах — грубые ботинки или тонкие босоножки, волосы чуть небрежные, макияж — минимальный.

• Прямые джинсы или немного скинни, простая белая майка, черный ремень, лаковые лодочки, а из украшений — только тонкая цепочка или моно-серьга.

• Вечером — экстра-мини-юбка, топ на тонких бретелях, меховая накидка, маленькая сумочка: ощущение, будто она вышла с бэкстейджа модного шоу, а не из квартиры на Пятой авеню.

• Принцип прост: небрежная хрупкость плюс грубый акцент — нежное платье и тяжелые ботинки, голые ноги и мужской пиджак, тонкая майка и плотная кожа.

Гвинет Пэлтроу: максимум эффекта, минимум деталей

До эпохи голливудских «голых» платьев Гвинет демонстрировала другой тип сексуальности: строгие линии, приглушенные оттенки, почти полное отсутствие украшений.

• Монохромный костюм (брюки и пиджак) в сером, бежевом или сливочном цвете, под жакетом — простой топ или голое тело, аксессуары сведены к лаконичным сережкам и любимой сумке.

• Струящееся платье в пастельном оттенке — от ледяного розового до светло‑голубого, к нему — едва заметные босоножки на тонких ремешках.

• Днем — прямые джинсы, рубашка мужского кроя, заправленная наполовину, лоферы или простые кеды и, конечно, небрежная укладка в духе селебрити 90-х.

• Главный стайлтрик — убрать все лишнее и оставить одну акцентную деталь: идеальный крой, структурные плечи жакета, открытую линию ключиц или благородный принт .

Дженнифер Энистон: girl next door

Рейчел из «Друзей» — главный учебник базовой моды 90‑х: вещи максимально носибельные, но в каждом образе есть небольшая изюминка, который делает его достойным кнопки «Сохранить» на Pinterest.

• Прямые или слегка расклешенные джинсы, облегающий трикотажный топ или безрукавка, ремень с простой пряжкой, ботинки на устойчивом каблуке.

• Юбка-мини или чуть выше колена, узкий свитер с высоким горлом и структурированное пальто, которое идеально выглядит и на красной дорожке, и в магазине у дома.

• Лаконичное черное платье по фигуре и капроновые колготки, поверх — тренч или прямое пальто, из украшений — часы, цепочка и серьги‑кольца.

• Главный стайлтрик Джен — баланс: ничего кричащего, но все сидит так, будто создано специально для нее.